ФИЛОСОФ СРЕДИ КОРОЛЕЙ
Дмитрий Кантемир знаменует исторический выбор Молдавии
Петр Шорников

ЖИЗНЬ Дмитрия Кантемира наводит на мысли о парадоксальном характере государства Российского. С именем молдавского господаря связан, возможно, самый яркий - после Переяславской Рады - эпизод русской истории, свидетельствующий: Российская империя была плодом трудов не только русских, но и других народов, которые веками стремились к объединению с Россией, буквально навязывая Москве роль нового Рима.

Дмитрий был одарен от природы. Получить же прекрасное образование ему помогло несчастье. В 1688 году господарь Молдавии Константин Кантемир был вынужден отправить 15-летнего сына в Константинополь заложником. Столица Османской империи была знаменита не только султанскими дворцами, гаремами и базарами. Константинополь был одним из центров православия и мировой культуры. В Академии Константинопольской Патриархии преподавали выдающиеся гуманисты, носители уходящей, но все еще блистательной византийской культуры. Юный заложник изучал богословие и историю, филологию и философию. Кроме родного молдавского, он усвоил еще девять языков: турецкий, арабский, греческий, латинский, славянский, русский, польский, немецкий, итальянский. Доступ к информации на многих языках, причастность к текущей политике, общение с культурной элитой империи способствовали раннему духовному созреванию молодого человека.

Первую свою книгу - политический памфлет, замаскированный под трактат по этике, - "Диван, или Спор мудреца с миром, или Тяжба души с телом" (Яссы, 1698) - Кантемир опубликовал в 25 лет, создав тем самым жанр романа в молдавской литературе. Два года спустя он написал на латыни философский труд "Метафизика", а еще через год закончил "Всеобщую краткую логику".

Молдавский князь разработал нотную систему из 33 букв турецкого алфавита для записи музыки. Сочиненные им мелодии пользовались известностью и признанием на Востоке. Турки считали Кантемира крупнейшим своим композитором.

* * *

В столице Османской империи, в кругу православных мыслителей, окончательно оформилась пророссийская политическая ориентация будущего правителя Молдавии. Из Константинополя молдавский заложник заинтересованно следил за ходом Северной войны, осуждал вторжение шведов в Россию и измену гетмана Мазепы. Победу русских под Полтавой он расценил как залог скорого освобождения Молдавии от власти османов.

Жизнеописания великих изобилуют сетованиями на непонимание их современниками. В случае с Кантемиром именно это непонимание позволило ему сохранить голову для великих деяний. В 1705 году, еще оставаясь заложником, он завершил работу над романом "Иероглифическая история". Это была достаточно прозрачная и потому рискованная аллегория, в которой нашли отражение конфликты между "Львиным царством" - Молдавией и царством "Орлиным" - Валахией, угнетаемым "Рыбьим царством", в котором угадывалась Порта.

Столь ясный призыв к антиосманскому единству, к счастью для Кантемира, не был понят султанской властью. В политическом плане он остался вне подозрений.

В Константинополе сын молдавского господаря познакомился с русским послом Петром Толстым, одним из лучших дипломатов и разведчиков того времени. Кантемир стал резидентом российской разведки, с 1710 года был официально зачислен на русскую службу. Он собирал сведения о приготовлениях Порты к войне с Россией, о ее отношениях с европейскими державами. По указаниям Петра I Кантемир дезинформировал турок о замыслах России. Когда Петр Толстой был по приказу султана заключен в Семибашенный замок, молдавский посол в Константинополе по распоряжению Кантемира посетил российского посла в тюрьме и наладил его тайную переписку с русским правительством. Впоследствии, став господарем, Кантемир заключил с Петром договор о сотрудничестве русской и молдавской разведок.

Как политик Дмитрий Кантемир был традиционалистом. Его прорусская ориентация представляла собой продолжение давней ориентации политического класса Молдавии на интеграцию княжества с православной Россией. В 1655 году успех восстания Богдана Хмельницкого и решения Переяславской Рады вдохновили молдавского господаря Георгия Стефана направить в Москву посольство во главе с митрополитом Гедеоном и боярином Георгием Нянюлом. Хотя между Молдавией и Россией не было даже общей границы, молдавские послы, пустив в ход все средства - от обращений к Русской Церкви до раздачи подарков сановникам, - добились от царя Алексея Михайловича жалованной грамоты о принятии Молдавии в русское подданство. Иностранное вмешательство помешало объединению двух православных государств.

Юный Дмитрий не раз исповедовался перед главой Молдавской Церкви митрополитом Досифеем, сыгравшим главную роль в другой попытке такого рода. В 1684 году митрополит был в Москве с той же миссией - добиться присоединения Молдавии к России. Но страна переживала сложные времена, на троне восседали сразу два царя, несовершеннолетние Иван и Петр Алексеевичи, и Москве было не до защиты православных братьев. Старший брат Дмитрия, Антиох Константинович Кантемир, занимавший господарский престол Молдавии в 1695-1700 и 1705-1707 годах, писал царю Петру, что желает вместе со всем народом быть "под обороной его великого государя". Объединение Молдавии с Россией, с которым народ все больше связывал свои надежды на лучшее будущее, стало стратегической целью политического класса Молдавии.

* * *

Полтавская победа, внутренние преобразования и активная внешняя политика Петра внушали молдаванам уверенность в том, что час их освобождения близок. Назревало столкновение России с Портой, давшей в пределах Молдавии убежище шведскому королю Карлу XII. Осуществление молдавского национального проекта не могло быть доверено случайному человеку. Не исключено, что получение Кантемиром фирмана на княжение именно в этот момент было результатом специальной операции, проведенной молдавскими патриотами с ведома русской дипломатии. Вступив в ноябре 1710 года на престол, Дмитрий не только обрел в Молдавии высшую власть, но и смог опереться на могущественную "русскую партию" молдавских бояр.

Как правитель Кантемир опроверг распространенное мнение о никчемности интеллигента у власти. Он видел, что Молдавия ждет освобождения. Среди знати, конечно, имелись конформисты проосманского толка, но молодежь уходила служить в Россию. Из молдавских добровольцев в составе русской армии были сформированы четыре полка. Кантемир действовал целенаправленно и быстро, будто осуществляя заранее разработанный план. Трудно предположить, что именно ему принадлежала инициатива Прутского похода русской армии, скорее между Петром I и новым господарем Молдавии уже имелась твердая устная договоренность. Она была зафиксирована 13 апреля 1711 года в Луцке, где царя настиг посланец Кантемира молдавский боярин Стефан Лука. Подписанный там секретный договор предусматривал присоединение Молдавии к России на правах федеративного государства.

Став правителем, Кантемир остался конспиратором. До 20 мая 1711 года, когда был обнародован Луцкий договор и господарский манифест, не обнаруживал он свои истинные намерения. Но с этого момента из турецкого ставленника князь Дмитрий превратился в национального лидера Молдавии. По призыву Кантемира в Яссы под его знамена пришли 10 тысяч молдавских воинов. Население княжества с восторгом приветствовало русскую армию, перешедшую Днестр. В Сороках, Бельцах, наконец, в столице Яссах жители, выкатывая на улицы бочки с вином, угощали солдат. "Вся страна была с москалями", - засвидетельствовал гетман молдавского войска Ион Некулче, сопровождавший Петра I от границы. На ясской площади перед старинной церковью Трех Святителей господарь в присутствии бояр и ликующего народа преподнес Петру хлеб-соль и чарку вина, они расцеловались.

Но час освобождения еще не пробил. Турки двинули против русских и молдаван превосходящие силы. Правитель Валахии Константин Брынковяну, также обещавший Петру участие в освободительной войне, совершил акт измены. Он не только не выступил с войском сам, но и помешал присоединиться к русским и молдаванам сербским добровольцам.

19 июля 1711 года под Станилештами 40-тысячные русско-молдавские силы были окружены 200-тысячным войском турок и татар. Русские, по словам участника битвы Иона Некулче, "опрокидывали турок, как будто сметали их метлой". Но победить при таком соотношении сил они не могли. Одним из условий заключения мира турки поставили выдачу Дмитрия Кантемира. Момент был страшный. С армией были царь, министры, казна. Однако Петр, готовый пожертвовать многим, не мог поступиться честью. Он поставил на карту все, заявив, что скорее пол-России отдаст до Курска, нежели выдаст князя Дмитрия. Российскому подканцлеру Шафирову удалось заключить с турками мир, не выдав господаря Молдавии на смерть.

В России Дмитрий Кантемир был возведен в княжеское достоинство, наделен имениями под Москвой и в Харьковской губернии, введен в состав Сената. Он участвовал в политической жизни, был дружен с царем, принят в круг русской знати. Будучи политическим единомышленником Петра, Кантемир, случалось, расходился с царем по вопросам текущей политики. Продолжая пристально следить за событиями в Молдавии и Константинополе, искать пути к освобождению родины, князь Дмитрий попытался использовать для этого начавшуюся в 1716 году австро-турецкую войну. Напоминая о поддержке турками шведов во времена Полтавской битвы и позднее, он советовал царю возобновить боевые действия против османов. Но слишком много нашлось у России недоброжелателей в Европе, исход Северной войны еще был неясен, и Петр I не мог позволить себе начать еще одну войну.

* * *

Уже труды, написанные Кантемиром в константинопольский период, принесли ему европейскую славу. Славу ученого не затмила и его известность как правителя Молдавского княжества в роковой момент его истории. Признанием научных заслуг бывшего господаря стало его избрание в 1714 году по предложению знаменитого философа Лейбница действительным членом Берлинской академии наук. В грамоте, направленной из Берлина в Петербург, 41-летний академик был в соответствии со своим действительным рангом назван "королем среди философов и философом среди королей". Наука стала главным делом Кантемира до конца жизни.

От имени Берлинской академии ему было предложено написать книгу о Молдавии, представить свою родину ученому миру Европы. Книга эта, "Описание Молдавии", законченная в 1716 году и переведенная на несколько языков, стала самой популярной его работой. Адепты румынизма никогда не простят Кантемиру молдавского патриотизма, которым проникнут этот труд, использования им самоназвания народа - "молдаване", специальной главы, посвященной молдавскому языку, в которой он, отметив его латинское происхождение, раскрыл и влияние на него русского и польского языков.

Интересуясь прошлым государства Российского, Кантемир на языке оригинала изучал "Повесть временных лет", "Синопсис", "Хронограф" и другие доступные ему источники по истории России. Работал увлеченно и быстро, будто предчувствуя, что век его измерен. В России Кантемиром были написаны также политологический труд "Рассуждение о природе монархий" и продиктованное текущими нуждами российской политики исследование "История Оттоманской империи". Тем самым он положил начало научному востоковедению в России. В 1720 году ученый закончил очередной труд - "Темные места в катехизисе", два года спустя - "Хронику стародавности романо-молдо-влахов" и в том же 1722 году, сразу после окончания Северной войны, опубликовал на русском языке еще одну работу: "Книга систима, или Состояние мухаммеданской религии".

В книге "Жизнь Константина Кантемира" (1716), считают историки, объективность изменила Дмитрию. Отец представлен у него мудрым и справедливым правителем, каковым, по мнению критиков, не являлся. Но что бы сказали критики, если бы в угоду объективизму академик написал на родителя пасквиль?

Сторонник сильной централизованной власти и просвещения, Кантемир одобрял петровские реформы, создание регулярной армии и морского флота, приветствовал учреждение школ, библиотек, развитие наук и искусств и предсказывал России великое будущее. "Придет мать наук и засияют более великие дела..." - писал он в "Рассуждении о природе монархий". Не собираясь ничего доказывать, всей своей деятельностью и творчеством доказал он свою любовь к России - своей второй родине. Его труды пронизаны идеей освободительной миссии России, ее нравственного долга перед порабощенными Османской империей православными народами. История оправдала его надежды.

Пост сенатора Российской империи во времена Петра Великого обязывал ко многому. Во время Персидского похода князь Дмитрий возглавил походную канцелярию императора. Составленная Кантемиром от имени Петра листовка, отпечатанная в походной типографии на татарском языке, изготовленными Кантемиром арабскими литерами, положила начало татарскому книгопечатанию. Поход закончился непрочным завоеванием южного берега Каспия.

Манили отдых, новые научные труды. Но по возвращении из похода, 21 августа 1723 года, немного не дожив до 50-летия, Дмитрий Кантемир, по-видимому от полученной в Персии инфекционной болезни, скоропостижно скончался в пожалованном ему царем имении Дмитровка Харьковской губернии.

Кантемир оказался провидцем. Во время каждой из русско-турецких войн ХVIII и ХIX веков молдаване действовали в соответствии с его программой: всячески помогали русским войскам, требовали присоединения Молдавии к России. Политическая цель Дмитрия Кантемира была, пусть частично, достигнута через 101 год после Прутского похода, когда в состав Российской империи вошла восточная часть Молдавского княжества, получившая имя Бессарабии.

Ученый-энциклопедист, вождь освободительного движения своего народа, видный государственный деятель Российской империи, Кантемир остается одним из наиболее чтимых героев молдавской истории.

Оригинал: http://ng.ru/style/1999-12-22/16_philosof.html
эцп
Hosted by uCoz